— Рядом с Большой Медведицей? — спросил Женя.

— Нет, Медведицу я знаю… Ну, вот эта яркая, а рядом еще три.

— Это созвездие Волосы Вероники.

— Волосы Вероники… — шепотом повторила Наташка. — Какое красивое название.

— А это что за звезда? — небрежно ткнул Мишка пальцем в небо.

— Марс, — сказал Женя. — Планета.

— Верно, — сказал Мишка.

— А это? — спросил и я.

— Гончие Псы…

Я только диву давался: откуда он все знает? И Мишка перестал задираться. Глаз у него почти совсем закрылся, так что ему удобно смотреть в трубу, не нужно прищуриваться. Это всегда так, после драки отношения начинают налаживаться. Наша дружба с Мишкой тоже началась с драки.

Мы долго сидели на крыше, рядом с печной трубой. Ориону надоело лаять, и он улегся на тропинку и морду положил на лапы. Когда он поднимал голову, чтобы посмотреть на нас, глаза его вспыхивали красноватым светом. Женя рассказывал про звезды и показывал их нам. Жалко, что облака закрыли полнеба.

Наташка смотрела Жене в рот. И глаза у нее мерцали, как эти далекие звезды. А Женя, наоборот, отворачивался от нее и смотрел на Мишку. И я чувствовал, что все это он рассказывает для Мишки. Наверное, и Мишка это понял и перестал волком смотреть на Женю.

Когда мы спустились вниз, тучи закрыли все небо. Стало темно, в саду зашумели яблони.

Орион подбежал к нам и всем по очереди положил толстые лапы на плечи. Так он выражал свою радость и дружелюбие. Над лесом, далеко-далеко, полыхнула молния.

— Ура, — сказал Мишка. — Будет дождь!

— Космонавты в дождь не стартуют, — сказал Женя, глядя на небо. Здесь может идти дождь, а там… звездное небо. Может быть, сейчас космонавт на лифте поднимается в ракету… Четыре, три, два, один… Старт!

— Разве они на лифте поднимаются? — спросил Мишка.

— Знаешь, какая ракета огромная? Как башня! Попробуй заберись без лифта!